Неточные совпадения
Не глянул, как ни пробовал,
Какие рожи страшные
Ни корчил мужичок:
— Свернула мне медведица
Маненичко скулу! —
«А ты с другой померяйся,
Подставь ей
щеку правую —
Поправит…» — Посмеялися,
Однако поднесли.
— Минуты увлеченья… — выговорил он и хотел продолжать, но при этом слове, будто от физической боли, опять поджались ее губы и опять запрыгал мускул
щеки на
правой стороне лица.
Она быстрым взглядом оглядела с головы до ног его сияющую свежестью и здоровьем фигуру. «Да, он счастлив и доволен! — подумала она, — а я?… И эта доброта противная, за которую все так любят его и хвалят; я ненавижу эту его доброту», подумала она. Рот ее сжался, мускул
щеки затрясся на
правой стороне бледного, нервного лица.
Всё в ее лице: определенность ямочек
щек и подбородка, склад губ, улыбка, которая как бы летала вокруг лица, блеск глаз, грация и быстрота движений, полнота звуков голоса, даже манера, с которою она сердито-ласково ответила Весловскому, спрашивавшему у нее позволения сесть на ее коба, чтобы выучить его галопу с
правой ноги, — всё было особенно привлекательно; и, казалось, она сама знала это и радовалась этому.
Какие они им подносят перспективные виды собственных комнат с щеткой на
правом плане, грядкой сору на вылощенном полу, желтым самоваром на столе возле окна и самим хозяином, в халате и ермолке, с ярким бликом света на
щеке!
Обыкновенно люди такого роста говорят басом, а этот говорил почти детским дискантом. На голове у него — встрепанная шапка полуседых волос, левая сторона лица измята глубоким шрамом, шрам оттянул нижнее веко, и от этого левый глаз казался больше
правого. Со
щек волнисто спускалась двумя прядями седая борода, почти обнажая подбородок и толстую нижнюю губу. Назвав свою фамилию, он пристально, разномерными глазами посмотрел на Клима и снова начал гладить изразцы. Глаза — черные и очень блестящие.
Правый глаз отца, неподвижно застывший, смотрел вверх, в угол, на бронзовую статуэтку Меркурия, стоявшего на одной ноге, левый улыбался, дрожало веко, смахивая слезы на мокрую, давно не бритую
щеку; Самгин-отец говорил горлом...
Самгин отошел от окна, лег на диван и стал думать о женщинах, о Тосе, Марине. А вечером, в купе вагона, он отдыхал от себя, слушая непрерывную, возбужденную речь Ивана Матвеевича Дронова. Дронов сидел против него, держа в руке стакан белого вина, бутылка была зажата у него между колен, ладонью
правой руки он растирал небритый подбородок,
щеки, и Самгину казалось, что даже сквозь железный шум под ногами он слышит треск жестких волос.
Жутко было слышать его тяжелые вздохи и слова, которыми он захлебывался.
Правой рукой он мял
щеку, красные пальцы дергали волосы, лицо его вспухало, опадало, голубенькие зрачки точно растаяли в молоке белков. Он был жалок, противен, но — гораздо более — страшен.
Голова и половина лица у него забинтованы, смотрел он в лицо Самгина одним
правым глазом, глубоко врезанным под лоб, бледная
щека дрожала, дрожали и распухшие губы.
Жесткие волосы учителя, должно быть, поредели, они лежали гладко, как чепчик, под глазами вздуты синеватые пузыри, бритые
щеки тоже пузырились, он часто гладил
щеки и нос пухлыми пальцами левой руки, а
правая непрерывно подносила к толстым губам варенье, бисквиты, конфекты.
Ее волосы сдвинулись в беспорядке; у шеи расстегнулась пуговица, открыв белую ямку; раскинувшаяся юбка обнажала колени; ресницы спали на
щеке, в тени нежного, выпуклого виска, полузакрытого темной прядью; мизинец
правой руки, бывшей под головой, пригибался к затылку.
«Она, может быть, у него за ширмами, может быть уже спит», — кольнуло его в сердце. Федор Павлович от окна отошел. «Это он в окошко ее высматривал, стало быть, ее нет: чего ему в темноту смотреть?.. нетерпение значит пожирает…» Митя тотчас подскочил и опять стал глядеть в окно. Старик уже сидел пред столиком, видимо пригорюнившись. Наконец облокотился и приложил
правую ладонь к
щеке. Митя жадно вглядывался.
Отец Паисий стоял над ним и ждал с твердостью. Отец Ферапонт помолчал и вдруг, пригорюнившись и приложив
правую ладонь к
щеке, произнес нараспев, взирая на гроб усопшего старца...
Нехлюдов сел, старуха стала перед ним, подперла
правой рукой
щеку, подхватив левой рукой вострый локоть
правой, и заговорила певучим голосом...
Мы быстро вытянули маленького, он тоже был испуган; с пальцев
правой руки его капала кровь,
щека тоже сильно ссажена, был он по пояс мокрый, бледен до синевы, но улыбался, вздрагивая, широко раскрыв глаза, улыбался и тянул...
За «
щеками» долина опять расширяется. Эта местность называется Илимо — по имени реки, впадающей в Такему с
правой стороны. Длина ее — 35 км, и в истоках она состоит из трех горных ручьев. Наиболее интересный — левый ее приток Чаку с перевалом на Такунчи (приток Такемы). По словам туземцев, в верховьях Чаку есть высокая скалистая сопка, которую китайцы называют Ян-Лаза (то есть «Трубчатая скала»). Средний безымянный ключик приведет путника на Билимбе, а
правый — на Сяо-Кему.
— А насчет тюленя́ как? — спросил Доронин, прищурив левый глаз и облокотясь
щекой на
правую руку.
Петербург встретил меня стужей. Стояли январские трескучие морозы, когда я должен был делать большие поездки по городу в моей венской шубке, слишком короткой и узкой, хотя и фасонистой, на заграничный манер. Я остановился в отеле"Дагмар" — тогда на Знаменской площади, около Николаевского вокзала. Возвращаясь из Большого театра, я чуть было не отморозил себе и
щек, и пальцев на
правой ноге.
Держал себя Пархоменко весьма развязным и весьма нескладным развихляем, питал национальное предубеждение против носовых платков и в силу того беспрестанно дергал левою
щекою и носом, а в минуты размышления с особенным тщанием и ловкостью выдавливал пальцем свой
правый глаз.
— За тех, кого они любят, кто еще не утратил блеска юношеской красоты, в ком и в голове и в сердце — всюду заметно присутствие жизни, в глазах не угас еще блеск, на
щеках не остыл румянец, не пропала свежесть — признаки здоровья; кто бы не истощенной рукой повел по пути жизни прекрасную подругу, а принес бы ей в дар сердце, полное любви к ней, способное понять и разделить ее чувства, когда
права природы…
И вдруг семейная сцена обрушилась на его голову: дочь в истерике, жена в исступлении, разбитая тарелка на полу, у Марьи Степановны лица нет и
правая ручка как-то очень красна, — почти так же, как левая
щека у Терешки.
Вся фигура его была красива и представительна; бакенбарды плотно прилегали к
щекам, как издавна приученные к тому; усы, которых он не сбривал, по
праву вышедшего в отставку с мундиром, были воинственно-внушительны; на груди Аггея Никитича из-под форменного жилета виднелась чистейшая, приготовленная под личным наблюдением Миропы Дмитриевны, коленкоровая манишка, на которой покоился орден Станислава; но собственно главною гордостью для Аггея Никитича служили две болтающиеся медали турецкой и польской кампаний, по поводу которых он всегда говорил...
Кончив с лампадкой, Настасья стала в дверях, приложила
правую ладонь к
щеке и начала смотреть на него с плачевным видом.
— Тут в глазах Лизиных блеснула радость, которую она тщетно сокрыть хотела;
щеки ее пылали, как заря в ясный летний вечер; она смотрела на левый рукав свой и щипала его
правою рукою.
Пред нею стоял Висленев, но не Висленев белый и волокнистый, а жгучий, пламенный брюнет, с темною родинкой на лбу у
правой брови и с другою такою же наперекось посередине левой
щеки.
«Все пустяки, что я прежде думал: и любовь, и самоотвержение, и Лукашка. Одно есть счастие: кто счастлив, тот и
прав», мелькнуло в голове Оленина, и с неожиданною для себя силой он схватил и поцеловал красавицу Марьянку в висок и
щеку. Марьяна не рассердилась, а только громко захохотала и выбежала к другим девкам.
И вздулись вдруг малиновые губы
И
правая румяная
щека,
Гора горой, мгновенно исказилась
Улыбка уст медовых.
И замолчал, как ушибленный по голове чем-то тяжёлым: опираясь спиною о край стола, отец забросил левую руку назад и царапал стол ногтями, показывая сыну толстый, тёмный язык. Левая нога шаркала по полу, как бы ища опоры, рука тяжело повисла, пальцы её жалобно сложились горсточкой, точно у нищего,
правый глаз, мутно-красный и словно мёртвый, полно налился кровью и слезой, а в левом горел зелёный огонь. Судорожно дёргая углом рта, старик надувал
щёку и пыхтел...
Солдат ещё более обуглился, седые волосы на
щеках и подбородке торчали, как иглы ежа, и лицо стало сумрачно строгим. Едва мерцали маленькие глаза, залитые смертною слезою, пальцы
правой руки, сложенные в крестное знамение, неподвижно легли на сердце.
Кожемякин сразу же заметил, что большой, дряблый Смагин смотрит на него неприязненно, подстерегающе, Ревякин — с каким-то односторонним любопытством, с кривой улыбкой, половина которой исчезала в
правой, пухлой
щеке.
И лицо у него двустороннее: левая половина спокойна и точно припухла от удара, а на
правой скула выдалась бугром, кожа
щеки всё время вздрагивает, точно кусаемая невидимой мухой.
Ниже сопки Кямо с
правой стороны Самарги находится местность Лухуну, и после
щек в горах Кабахта до речки Курими и ключика Бугу следует обратить внимание на скалы, состоящие из кремнистого сланца.
У лавки менялы собралась большая толпа, в ней сновали полицейские, озабоченно покрикивая, тут же был и тот, бородатый, с которым разговаривал Илья. Он стоял у двери, не пуская людей в лавку, смотрел на всех испуганными глазами и всё гладил рукой свою левую
щёку, теперь ещё более красную, чем
правая. Илья встал на виду у него и прислушивался к говору толпы. Рядом с ним стоял высокий чернобородый купец со строгим лицом и, нахмурив брови, слушал оживлённый рассказ седенького старичка в лисьей шубе.
На другое утро немецкий Геркулес Штерн, прикладывая бритву к
щеке, вынужден был придерживать левою рукою
правую, которая со вчерашнего напряжения дрожала как осиновый лист.
Несколько старух и девок стояло, кроме того, у стен для услуг, подпирая
правой рукой левую, а последней —
щеку.
Ему даже показалось, как будто из-под ресницы
правого глаза ее покатилась слеза, и когда она остановилась на
щеке, то он различил ясно, что это была капля крови.
— Грустно, грустно, — говорил он, и слезы текли у него по
щекам. — Она весела, постоянно смеется, надеется, а положение ее безнадежно, голубчик. Ваш Редька ненавидит меня и все хочет дать понять, что я поступил с нею дурно. Он по-своему
прав, но у меня тоже своя точка зрения, и я нисколько не раскаиваюсь в том, что произошло. Надо любить, мы все должны любить — не правда ли? — без любви не было бы жизни; кто боится и избегает любви, тот не свободен.
Ее сочные губы чмокнули его в
щеку, и
правая рука легла на его плечо.
— То-то!.. Мы не муравьи, не черви, не сосны и ели! Мы — люди! — все распалялся Аршаулов, и
щеки его начинали пылать сквозь бурую кожу, натянутую на мышцах, изъеденных болезнью. — Мы люди, господа! А потому имеем священное
право — руководиться нашим разумом, негодовать и радоваться, класть душу свою за то, во что мы верим, и ратовать против всякой пакости и скверны…
— Полноте! — сказала я, прямо подходя к ней и пристально посмотрев ей в глаза. Бедная не выдержала моего взгляда, опустила глаза, как виноватая, и легкая краска облила ее бледные
щеки. Я взяла ее руку и поцеловала ее. Александра Михайловна посмотрела на меня с непритворною, наивною радостию. — Простите меня, что я была такой злой, такой дурной ребенок сегодня, — сказала я ей с чувством, — но,
право, я больна. Не сердитесь же и отпустите меня…
Катерина Львовна, бледная, почти не дыша вовсе, стояла над мужем и любовником; в ее
правой руке был тяжелый литой подсвечник, который она держала за верхний конец, тяжелою частью книзу. По виску и
щеке Зиновия Борисыча тоненьким шнурочком бежала алая кровь.
Ну, почтеннейший господин, у ней звезды вместо очей,
щеки — пылающая заря, а губки… губки… (тут рассказчик стал в тупик, щелкал пальцами, хватал за воронку своего носа, но прибрать никак не мог чего-нибудь подобозначащего к губам красавицы; махнув рукой, он принялся описывать далее)… русой, шелковой косы ее,
право, стало бы, чтоб вас, молодца, опутать, а ножки ее на один глоток…
Яков не мог двигать
правой рукою, но, крепко сжав зубы, отталкивал поручика левой; он мычал, по
щекам его текли слёзы унижения.
Ее глаза то тускнели, то блистали, губы то улыбались, то сжимались;
щеки краснели и бледнели попеременно: но какая причина этому беспокойству?.. может быть, домашняя сцена, до него случившаяся, потому что князь явно был не в духе, может быть, радость и смущение воскресающей, или только вновь пробуждающейся любви к нему, может быть, неприятное чувство при встрече с человеком, который знал некоторые тайны ее жизни и сердца, который имел
право и, может быть, готов был ее упрекнуть…
Боркин и граф со смехом берут ее под руки и, целуя в
щеки, уводят в
правую дверь.
В Могилках тоже были слезы. В той же самой гостиной, в которой мы в первый раз встретили несокрушимого, казалось, физически и нравственно Михайла Егорыча, молодцевато и сурово ходившего по комнате, он уже полулежал в креслах на колесах;
правая рука его висела, как плеть,
правая сторона
щеки и губ отвисла. Матрена, еще более пополневшая, поила барина чаем с блюдечка, поднося его, видно, не совсем простывшим, так что больной, хлебнув, только морщился и тряс головою.
Пятна румянца выступили резче на его
щеках, глаза были опущены вниз,
правый угол рта по временам судорожно подергивался.
Клара Павловна была немка как немка — большая, очень, по-видимому, здоровая, хотя и с несколько геморроидальною краснотою в лице и одною весьма странною замечательностью: вся левая сторона тела у нее была гораздо массивнее, чем
правая. Особенно это было заметно по ее несколько вздутой левой
щеке, на которой как будто был постоянный флюс, и по оконечностям. И ее левая рука и левая нога были заметно больше, чем соответствующие им
правые.
И в это время, как он кричал, горячие слезы обильными ручьями лились по его покрытым седым мохом
щекам и прятались в бороду… Волнение старца было так сильно, что он не выстоял на ногах, голос его оборвался, он зашатался и рухнул на лицо свое и замер… Можно бы подумать, что он даже умер, но тому мешала его
правая рука, которую он все-таки выправил, поднял кверху и все махал ею государю двуперстным сложением… Бедняк, очевидно, опасался, чтобы государь не ошибся, как надо показать «небесное исповедание».